Лестница


Штерн, как это случается, предвосхитил мое понимание. В 1919 году он описал метафорическую лестницу, которая могла бы выглядеть примерно так:

Божество/   Божественное /  Бог  / Нация / Племя / Индивид   

Сегодня мы, вероятно, добавили бы несколько ступенек ниже уровня индивида, чтобы включить «подсистемы тела» и «клетки». Все на лестнице, что меньше или больше человека, является самостоятель­ной персоной или, как Штерн называл это, unitasmultiplex.

Штерн считал, что живое существо имеет иерархическую струк­туру. Лестница является ее выражением. Всегда существуют меньшие компоненты внутри наших персон, и мы всегда являемся компонен­тами персон больших, чем мы. Как unitasmultiplexмы едины, если смотреть со стороны, и разделены на части, если смотреть изнутри.

Согласно взглядам Штерна, человеческие индивиды стоят где-то посередине лестницы персон. Ниже их могли бы находиться подсистемы человеческого тела и даже клеточные индивидуальности. На самом деле, Штерн не конкретизировал это; но более поздние исследователи, такие как биолог-кибернетик Франсиско Варела,4 показали, что подсистемы, например клетка, сами являются организа­циями с коллективными сущностями и целями.4

Выше человека на лестнице персон стоят коллективные органи­зации и институты, объединяющие людей. Семья, племя и национальное государство – все они являются живыми системами, объединяющими людей; равно как и профсоюз, спортивный клуб и некоммерческая организация.

Эти живые сущности гнездятся внутри друг друга, как русские матрешки. Со стороны кто-то видит крупную единицу: Royal Dutch/ Shell или католическую церковь. Газеты говорят о «деятельности Shell в Северном море» или политике католической церкви. И эта точка зрения правомерна: существует персона Royal Dutch/Shell и существует персона католической церкви. Но эта точка зрения неполна. Потому что видимый изнутри орден иезуитов является самостоятельной живой системой внутри католической церкви. Shell Brazil – это живая система внутри Shell Group. Обе, иезуиты и Shell Brazil, движимы самосохранением и саморазвитием в той же степени, что и системы более высокого порядка, подчиненными частями которых они являются.

Спускаясь вниз по лестнице внутрь каждой из этих сущностей, мы видим множество отдельных людей со своими индивидуальными целями, стремящихся к выживанию и саморазвитию. Отдельные люди часто симбиотичны, но так же часто они противостоят друг другу. Каждый имеет свои характеристики и потенциал.

Короче, компания вроде Royal Dutch/Shell имеет собственную лестницу персон, выглядящую примерно так:

Общество

Корпорация

Компания

Подразделение

Рабочая группа

Команда

Индивид

Каждое подразделение компании, на своем уровне, является живой системой. Каждое отлично от других, видимо и независимо. В то же время каждое подразделение внедрено в более крупное целое. Посмотрим, как эти подразделения соответствуют критериям живой персоны Уильяма Штерна:

Каждое из этих подразделений ориентировано на достиже­ние целей. Каждое движется в сторону самосохранения и саморазвития. Несущественно, что думают отдельные руководители, подразделение продолжает действовать, чтобы сохранить себя и расширить диапазон своей деятельности.

Как и в случае отдельной личности, поведение корпорации (или ее подразделений) не может быть объяснено исключи­тельно причинно-следственной зависимостью. Так, нельзя сказать, что японская конкуренция и более низкие прибыли обусловили реакцию General Motors в виде изменения ассортимента продукции. Поведение GM перед лицом конкуренции и снижения прибылей может быть объяснено только через понимание различных живых систем внутри GM. Возможно, Cadillac изменил свой ассортимент продук­ции одним образом, поскольку его цель – продавать более дорогие машины, a Chevrolet* отреагировала совершенно иначе, поскольку ее целью являлись машины лучшего качества. Или в своей реакции GM могла быть просто частью более широкого ответа со стороны автомобильной промыш­ленности США. Что бы ни случилось, поведение GM непред­сказуемо – никто не может гарантировать, что события во второй раз разыграются так же.

Каждое подразделение компании осознает себя. Каждый, связанный с любым из этих одразделений, осведомлен о его границах, о том, кто в него входит и не входит. Судьба Shell

Brazil, например, связана с судьбой ее клиентов, поставщиков, владельцев франшизы на заправочные станции. Но никто не допускает, что Petrobras, являющаяся главным поставщиком

Shell в этой стране, является частью Shell Brazil.

•         Каждое подразделение открыто внешнему миру. Люди и идеи постоянно входят и покидают компанию, так же, как человеческое существо обменивается информацией и материей через пищеварительную систему, поры, глаза и уши. Практически каждое корпоративное событие, от рутинных деловых операций до замысловатых сценарных упражнений, представляет очередной обмен в непрерывном, пожизненном диалоге с силами окружающего мира.

•          Каждое подразделение компании имеет конечную продол­жительность жизни. Когда-нибудь каждая из действующих компаний внутри Royal Dutch/Shell закончит свое существо­вание. Некоторые умрут прежде, чем умрет Royal Dutch/Shell. Некоторые могут продолжать жить как части других органи­заций. Каждое подразделение имеет потенциальную продол­жительность жизни, которую оно может реализовать или нет.

Предвижу возражение: человек-отдельное существо, корпорация – это просто конструкция, составленная из живых существ. Она может содержать много персон, но сама не является живой в том же смысле, что и человек. Но внутри вашего тела существуют клетки, вирусы, бактерии, незваные гости и паразиты, действующие вне вашего контроля и имеющие другие цели (например при гриппе). Компания состоит из руководителей, служащих, акционеров, дочерних компа­ний, зданий, технологий и финансовых активов. Обе эти персоны, вы и компания, преуспевают лучше всего, когда большинство маленьких сущностей посвящают себя выживанию и развитию целого.

Большинству деловых людей метафора с лестницей покажется слишком суровой. Они предпочли бы, чтобы мир бизнеса походил на мир вещей: всегда в гармонии с окружающей средой, пассивный и не имеющий собственной воли, просто ждущий толчка от руководи­теля, который затем привел бы к предсказуемому и измеряемому результату. Напротив, живая компания всегда ненадежна, нестабиль­на, подвластна изменяющимся отношениям с внешним миром.

Исходя из этого понимания, в 1974 году я начал видеть, как Shell Brazil могла бы постоять за себя, оставаясь открытой для внешнего окружения.



Категория: Новости. Дата публикации: 4 Апрель, 2010.