Суть операционного менеджмента


Как часто мы можем услышать обычные пожелания потребителей, к примеру: «Хочу приобрести качественно сконструированный, качественно собранный и технологически совершенный автомобиль. И хочу, чтобы станция ТО, услугами которой я буду пользоваться, работала быстро и квалифицированно, сотрудники ее были квалифицированны и не жуликоваты».

Но перед высказыванием этого желания часто бывает необходимо сказать самому себе:

«Хочу приобрести необходимые профессиональные навыки, реализовав которые в обществе, я смог бы купить понравившейся мне автомобиль».

Надеюсь, курс управленческой дисциплины, который мы сегодня с вами начинаем, поможет вам в осуществлении второго желания. А что касается первого… Фактически в этом и заключается суть операционного менеджмента: в создании качественного продукта и его последующего так называемого посттранзакционного обслуживания на высоком уровне.

Изменение условий деятельности организации в исторической перспективе В последние годы поистине радикально изменились условия деятельности всех компаний и бизнес-структур во всем мире. Причиной этого является переход наиболее развитых стран мира к так называемой «экономике знания», тесно связанной с такими явлениями, как глобализация экономической и социальной жизни, информационная революция, сближение производственных процессов.

Рассмотрим несколько примеров, демонстрирующих эти изменения. Для этого проанализируем изменения качественных характеристик экономических моделей на протяжении всей истории хозяйственной жизни человечества. Все развитие экономической основы жизни определяется взаимодействием и влиянием четырех основных факторов:

· земельного фактора;

· капитала как самовозрастающей стоимости;

· рабочей силы;

· интеллектуального фактора.

Значение этих факторов на протяжении веков менялось.

Время перехода мирового сообщества к современному этапу, который иногда называют «постиндустриальным обществом», можно датировать последней третью прошлого, ХХ века. Постиндустриальное общество имеет еще два названия. Его называют информационным обществом, а иногда – обществом услуг. Последнее название неправильно, но его появление совершенно закономерно. И странно было бы, если бы это неправильное название не возникло. Еще в 60-е – 70-е годы прошлого века экономисты обратили внимание на то, что в развитых странах самым радикальным образом меняется состав общества. Причем эти изменения точь-в-точь повторяют те, которые случились при переходе от традиционного сельскохозяйственного общества к обществу индустриальному.

Скажем, в начале ХIХ века в сельском хозяйстве США было занято 75% населения.

Через полтораста лет оно уменьшилось до 20%, а сегодня доля людей, занятых производством продуктов питания, составляет лишь 2–3%. И их хватает, чтобы обеспечить всех едой и сельскохозяйственным сырьем, потому что в аграрном секторе невероятно выросла производительность труда: в 1800 году на производство 100 бушелей зерна (традиционная мера зерна, примерно 35 литров, соответственно 100 бушелей – 3,5 кубометра или около 4,5 тонн зерна) один фермер тратил 344 часа труда, в 1900 году – 147 часов, в 1995 году – три часа! Вот что такое прогресс! В результате органы статистики в США вообще перестали учитывать долю фермеров в составе населения, потому как эта доля съежилась до размера статистической погрешности… То же самое с середины ХХ века стало происходить и с промышленностью. Если после Первой мировой войны доли рабочих, фермеров и людей, работающих в сфере услуг, были примерно равны, то после Второй мировой войны число «сервисменов» стало превышать число рабочих и крестьян вместе взятых. В 1900 году 63% американцев производили материальные блага, а 37% работали в сфере услуг. Через 90 лет только 22% процента трудоспособного населения производило нечто осязаемое, а 78% оказывали друг другу различные услуги. Те же самые тенденции прослеживаются и в Европе, только с небольшим опозданием, и в странах бывшего социалистического лагеря – только с опозданием более значительным. По прогнозам экономистов, в ближайшее пятилетие в странах «Большой семерки» из 26 новых рабочих мест 25 будет создаваться в сфере услуг, и к 2025 году доля работников этой сферы составит около 85% от общего числа работающих. Причем, что любопытно, многие люди, которых статистика традиционно относит к сфере производства, на самом деле не выполняют производственных функций, а выполняют функции сервисные. И если это учесть, то окажется, что фактически к концу ХХ века непосредственно в производственной деятельности было занято всего 10% населения, и вскоре это число достигнет тех же 3– 5%, что и в сельском хозяйстве.

Налицо перешагивание из капиталистического индустриального общества в некую новую формацию, которую, не мудрствуя лукаво, и назвали обществом услуг. Но это поверхностное название не передает глубинный смысл происходящего, тем более что сфера услуг существовала всегда, даже при феодализме.

Малоизвестный факт: в начале ХХ века самой большой по численности профессиональной группой в Англии были домашние слуги. А во Франции накануне Великой французской революции количество прислуги подтянулось к двум миллионам, что было сравнимо с числом занятых в мануфактурном производстве. Но не называть же на этом основании классический капитализм и поздний феодализм обществом услуг!

Прогресс – это постоянное повышение производительности труда за счет изобретения новых технологий, насыщения производства новой информацией, новыми знаниями и технологиями.

Знания освободили людей от монотонного сельского труда, они же освобождают от скучной работы на конвейере, ведя общество к постиндустриализму. Именно в этом суть современности, а не в услугах, которые люди оказывают друг другу. Поэтому наиболее прозорливые исследователи еще в 60-е годы окрестили эту самую «постиндустрию» индустрией знаний (knowledge industry) и оценили ее вклад в ВНП стран Организации экономического сотрудничества и развития в 30–35%. Сегодня этот показатель считается равным 60%.

Итак, · Расходы мировых компаний на информационную составляющую неуклонно растут.

В 1991 году американские фирмы потратили на приобретение интеллектуального продукта на 5 млрд. долл. больше, чем на оборудование, всякого рода «железо».

Через год этот разрыв в уровне затрат на покупку «знаний» и оборудования увеличился с 5 до 25 млрд. долл. Прошло еще пять лет. Сумма затрат на оборудование практически не изменилась, а вот «покупка знаний» обошлась американским компаниям уже в 212 млрд. долл. В результате в экономике США к 1995 году с помощью «чистой информации» производилось три четверти всей добавленной стоимости в промышленности.

При этом имеет место не совсем очевидная тенденция: чем больше нематериального (знаний) вложено в производство, тем меньше этому производству требуется материального, т.е. сырья.

· С середины 70-х до середины 80-х годов прошлого века ВНП постиндустриальных стран вырос на 32%. Как вы думаете, на сколько при этом выросло потребление электроэнергии? По первому впечатлению, оно должно было вырасти почти на треть, а выросло на 5% – вместо энергии в продукцию был вложен разум.

· За этот же период сельское хозяйство США выросло на 25%, а энергопотребление в этом секторе экономики – не на 5%, не на 1% и даже не на 0%! При росте производства на четверть потребление энергии сократилось более чем в полтора раза за счет внедрения энерго – и ресурсосберегающих технологий. Пример ярко демонстрирует то, что знания могут заменить ресурсы.

· С 1960 года ВНП США вырос в 2,5 раза, а потребление многих видов ресурсов, например черных металлов, снизилось на треть. В Германии целлюлознобумажная промышленность за тот же срок сократила свои потребности, например, в воде, в 30 раз, нарастив при этом производство.

· Эта же тенденция наблюдается и в потреблении энергоресурсов. За 20 последних лет ХХ века доля нефти и газа в одном долларе произведенной в странах так называемой «Большой семерки» продукции упала на треть.

Вот еще один факт «замены сырья на мозги». После Второй мировой войны стоимость меди в себестоимости телефонного кабеля составляла 80%. И этот дорогой кабель, проложенный по дну Атлантики между Европой и Америкой, пропускал всего 158 параллельных телефонных вызовов. Сейчас при производстве оптоволоконного кабеля доля материалов составляет всего 10%, при этом тот же кабель на дне Атлантики способен обеспечить 750 тысяч одновременных разговоров.

· Правительствами стран ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) одобрен план, по которому на протяжении первой четверти ХХI века потребности их экономик в сырье должны уменьшиться десятикратно!

· Если в 1996 году на производство 100 долларов национального дохода требовалось 300 кг сырья, то к концу намеченного срока хватит уже 31 кг.

· Сколько стоят материалы (металлы, пластмассы, кремний и пр.) в себестоимости современного компьютера? Менее 2%! Такова доля сырья в интеллектуальном продукте цивилизации.

· Если бы можно было вернуться в прошлое – на сто лет назад – и взвесить на гигантских весах весь экспорт продукции из США, а потом прилететь обратно и взвесить весь экспорт сегодня, то, к своему удивлению, мы не обнаружили бы в показаниях весов никакой разницы. Количество экспорта в тоннах практически не изменилась. Но реальная стоимость этой массы в сопоставимых долларах выросла в 20 раз. Это цена знаний.

Массовость современного производства, когда единицы мегазаводов могут удовлетворить потребности всего человечества, позволяет не только снижать цены на все новое, но и зачастую скачкообразно повышать его качество. Всего за 15 лет (с 1980 по 1995 год) емкость жестких дисков в компьютерах выросла в 250 раз, а цена единицы памяти сократилась в 1800 раз. Что это значит? То, что развитые страны из тех же фиксированных килограммов сырья создают, как говорят специалисты, «экономику нелимитированных ресурсов», и в этой экономике ценность материального сырья, в которое не вложено знание, постоянно уменьшается.



Категория: менеджмент. Дата публикации: 7 Март, 2010.